Он не произнес ни слова, но с трудом подошел к столу и сделал жест в сторону вина. Редактор наполнил бокал шампанским и пододвинул его к нему. Он осушил его, и, казалось, ему стало лучше: он обвел взглядом стол, и призрак его прежней улыбки промелькнул на лице. Что, черт возьми, с вами случилось, дружище? — спросил Доктор. Путешественник во Времени, казалось, не услышал. — Не беспокойтесь обо мне, — сказал он с некоторой запнувшейся артикуляцией. — Я в порядке. — Он остановился, протянул бокал, чтобы ему налили еще, и выпил его залпом. — Это хорошо, — сказал он. Его глаза стали ярче, и на щеках появился слабый румянец. Его взгляд скользил по нашим лицам с некоторым тупым одобрением, а затем обвел теплую и уютную комнату. Затем он снова заговорил, все еще как будто прощупывая путь среди своих слов. — Я пойду умоюсь и переоденусь, а потом спущусь и все объясню... Оставьте мне немного той баранины. Я умираю с голоду, так хочется кусочка мяса.

Он посмотрел на Редактора, который был редким гостем, и выразил надежду, что у того все в порядке. Редактор начал какой-то вопрос. — Расскажу чуть позже, — сказал Путешественник во Времени. — Я... забавно! Через минуту все будет в порядке.

Он поставил бокал и направился к двери, ведущей на лестницу. Я снова отметил его хромоту и мягкий шаркающий звук его шагов, и, встав со своего места, я увидел его ноги, когда он выходил. На нем не было ничего, кроме пары рваных, испачканных кровью носков. Затем дверь закрылась за ним. Я было хотел последовать за ним, но вспомнил, как он терпеть не мог всякой суеты вокруг себя. Минуту, может быть, я витал в облаках. Затем: Замечательное поведение выдающегося ученого, — услышал я слова Редактора, который (по своей привычке) мыслил заголовками. И это вернуло мое внимание к ярко освещенному обеденному столу.

Что за игра? — спросил Журналист. — Он что, разыгрывал из себя нищего? Я не понимаю. — Я встретился взглядом с Психологом и прочел собственное толкование на его лице. Я подумал о Путешественнике во Времени, болезненно хромающем по лестнице наверх. Не думаю, что кто-то еще заметил его хромоту.

Первым, кто полностью оправился от этого удивления, был Врач, который позвонил, чтобы подали горячую тарелку — Путешественник во Времени ненавидел, когда слуги прислуживали за обедом. Услышав это, Редактор с ворчанием взялся за нож и вилку, а Молчаливый Человек последовал его примеру. Обед возобновился. Разговор некоторое время был восклицательным, с паузами изумления; а затем Редактор проявил пылкое любопытство. Наш друг пополняет свой скромный доход, подметая перекрестки? Или у него фазы Навуходоносора? — поинтересовался он. — Я уверен, что это связано с Машиной Времени, — сказал я и взял отчет Психолога о нашей предыдущей встрече. Новые гости были откровенно недоверчивы. Редактор возражал. Что это за путешествия во времени? Человек ведь не может покрыться пылью, катаясь в парадоксе, верно? — И тут, когда мысль до него дошла, он прибег к карикатуре. Неужели в будущем нет одежных щеток? Журналист тоже ни за что не хотел верить и присоединился к Редактору в легком деле высмеивания всего этого. Оба они были журналистами нового типа — очень веселыми, непочтительными молодыми людьми. Наш специальный корреспондент в послезавтрашнем дне сообщает, — говорил Журналист — или, вернее, выкрикивал, — когда вернулся Путешественник во Времени. Он был одет в обычный вечерний костюм, и от того вида, который поразил меня, не осталось ничего, кроме изможденного лица.

Послушайте, — весело сказал Редактор, — эти ребята здесь говорят, что вы путешествовали в середину следующей недели! Расскажите нам все о маленьком Розбери, хорошо? Что вы возьмете за все это?

Путешественник во Времени молча подошел к отведенному ему месту. Он тихо улыбнулся, по-старому. — Где моя баранина? — спросил он. — Какое удовольствие снова вонзить вилку в мясо!

— Историю! — закричал Редактор.

— К черту историю! — сказал Путешественник во Времени. — Я хочу есть. Я не скажу ни слова, пока не получу немного пептона в свои артерии. Спасибо. И соль.